Я родилась в 1924 году. В год начала войны мне 17 лет было. Брат на войну ушёл комсомольцем-добровольцем. В доме остались папа, мама и я. Мы жили в Тосно-2.

Немцы вошли в Тосно спокойно. Шли они из Радофинниково, по шоссе Барыбина.

Я в это время дома сидела. Народ к магазинам побежал, а так все спокойно сидели. Они селились в свободные дома, люди уже кто в лес ушёл, кто уехал. Это часть была без эсэсовцев. Эсэсовцы, карательные отряды, расположились в Доме культуры.

Напротив нашего дома была их кухня. Я к ним пошла, на кухню проситься работать: работа нужна была, кусок хлеба нужен был. Там два повара. Я пришла к ним и сказала: «Может, вы меня примите работать?». А они мне: «А как вас звать?» Я им: «Лена меня звать».

- «А Ленкин можно вас звать?», я говорю: «Пожалуйста!», так они меня и звали - Ленкин.

И вот, на 300 человек мне надо было готовить, тесто намесить, на четырёх сковородах готовила. Им нравилось, как я работала. Я все успевала, делала все, что могла по мелочи. Так два года я у них работала. Я приходила рано на работу, в 5 часов, уходила поздно. Они труд очень любили, они и сами трудолюбивые.

Мать стирала, на бойне где-то убирала, крове еду брала, когда давали. Зарабатывала хлебушка, пайку солдатскую давали, сыта была по горло.

Не обижали нас, хорошие они были. Они все аккуратные ходили, чистюли. Солдаты всегда начищены, побриты, пострижены. Сапоги были блестящие! Все аккуратные были. Хоть и война, но- аккуратные!

По родительским словам, немцы никого никуда не выпускали, боялись людям дать шагу шагнуть, сразу расстреливали.

Потом прошло немного время и нас увезли в Прибалтику, в Латвию, поселили в барак. Однажды гуляла по платформе, идёт поезд с немецкими солдатами, едут домой. Увидели меня, узнали и кричат: «Ленкин, Ленкин!» Мои немцы оказались. Из Тосно их уже выгнали. Один говорит: «Как мама?» - «Болеет очень». Он набрал таблеток, в барак зашёл к маме, говорит: «На, мама, лекарства». И со мной поделился песочком сахарным, пожелал здоровья и поехал. Вот так вот.